У меня в подъезде живет парень, он любитель собрать всех своих друзей у себя на площадке и давать сольные концерты на расстроенной акустике, причем довольно громко. Я ничего против этого не имею, сам в детстве такой был, но однажды меня это достало…
Возвращаюсь, значит я вечером с работы домой. Устал страшно. Пытаюсь вызвать лифт — не работает! В сердцах полушепотом выругиваюсь и поднимаюсь пешком. (Кстати «музыканта» этого слышно еще с первого этажа). Поднимаюсь я по лестнице, прохожу мимо «концертной площадки», вижу всю эту компанию, и так спокойно говорю: «Ребят, на полтона пониже, пожалуйста!».
Поднимаюсь, значит дальше и слышу:
«Блин! А я думал, что ж она не строит-то!!!»

У нас чувак один в нашей группе (музыкальной) был. Решил себе электрогитару самостоятельно сделать, нашел, значит, корпус какой то, звукосниматели купил, все дела.
Ваял свое чудо недели полторы-две.
Пришел на очередную репетицию гордый такой. Показывает свое творение — симпатично получилось…
Подключает гитарку к комбику, тот в пульт, громкость на максимум, а из колонок раздается: «Вы слушаете радио Маяк»
В общем, репетиций не было недели две )

Ваня Смирнов (известный московский гитарист) вместе с Серёжей Клевенским (кларнетистом и исполнителем на всевозможных духовых инструментах) встретили как-то одного из Ваниных знакомых.
- Это мой духовик — представляет Иван Сергея.
- Добрый вечер! Святой Отец! — поздоровался тот.

Норвежский гитарист и композитор Юн Эберсон несколько лет назад собрал Джаз-Панк-Оркестр,в котором играли почти все звёзды норвежского джаза.Оркестр много выступал, имел у публики большой успех, но, вдруг, прекратил своё существование. Миша задал вопрос Юну,почему оркестр больше не выступает.
- Сказать честно? Ноты потерял!..

Однажды один знакомый Джиакомо Пуччини — весьма посредственный композитор, язвительно сказал:
- Ты уже стар, Джиакомо. Пожалуй, я напишу траурный марш к твоим похоронам и, чтоб не опоздать, начну завтра же.
- Что ж, пиши, — вздохнул Пуччини, — боюсь только, что это будет первый случай, когда похороны освистают!

Тосканини спросили, почему в составе его оркестра никогда не было ни одной женщины.
- Видите ли, — ответил маэстро, — женщины очень мешают. Если они красивы, то мешают музыкантам, если безобразны, то еще больше мешают мне.

- Маэстро, — спросила как-то начинающая пианистка у Рахманинова, — правда ли, что пианистом нужно родиться?
- Сущая правда, сударыня, — улыбнулся Рахманинов — не родившись, невозможно играть на рояле.

Hа одной из репетиций хора Большого театра присутствовал Г.Свиридов. По окончании репетиции он обратился к хору:
- А теперь, умоляю вас, спойте мне обыкновенное трезвучие, иначе я не смогу сегодня спокойно заснуть!

Несколько десятилетий не был Игорь Стравинский на своей исторической родине. Когда он прилетел в Советский Союз в начале 60-х, его ждала восторженная встреча. Он должен был дать авторские концерты в Москве и Ленинграде. И вот — знакомство и первая репетиция с оркестром Московской филармонии. Перед ее началом он обратился к оркестрантам с краткой речью:
— По записям, которые я прослушал перед приездом сюда, мне известно, что русские оркестры плохо держат ритм. Однако, — тут он внимательно оглядел музыкантов, — поскольку среди вас я вижу мало русских лиц, надежда сохраняется. Итак, приступим!

Запоняя анкету, полученную в 1933 году из Имперской музыкальной палаты, Рихард Штраус натолкнулся на следующий вопрос: «Чем еще Вы можете доказать Вашу композиторскую специальность? Hазовите в качестве известных композиторов двух известных композиторов.
Оставляем за собой право затребовать авторские рукописи поручителей».
Разозленный Штраус написал: «Моцарт и Вагнер».